Вячеслав Бобрович : Белорусская политология как «зеркало …» : 24.10.03

	наше мнение \ общество \ публикации

	Вячеслав Бобрович : 24.10.03	принтерная версия

Белорусская политология как «зеркало...»
(десятилетний опыт)

10 октября состоялась международная научная конференция на тему «Современные социально-политические процессы и политическая наука», приуроченная к 10-летию образования Белорусской ассоциации политических наук. Подходящий повод, чтобы поговорить о достижениях и проблемах белорусской политологии.

Белорусское сообщество политологов чрезвычайно разнородно. Оно состоит из автономных, слабо взаимодействующих частей. Состав участников научных семинаров и конференций принципиально отличается в зависимости от того, кто является организатором. В юбилейном отчете Белорусской ассоциации политических наук вы не найдете имен тех, кто работает в независимых научных центрах и публикуется на интернет-сайтах, кто пользуется заслуженным авторитетом среди оппозиции и посещает престижные международные форумы. Зато признанных корифеев официальной, остепененной и наделенной должностями политической науки «забывают» пригласить на свои мероприятия негосударственные белорусские, российские и украинские коллеги. В равном удалении от должностей и грантов предпочитают находиться «независимые» – обо всем имеющие свое «особое мнение» и претендующие на максимальную объективность. Отдельную группу составляют «телевизионные» политологи. Вы не найдете их нигде кроме экрана телевизора и, разве что, ведомости на оплату. Однако этого достаточно, чтобы в сознании населения слово политолог ассоциировалось именно с ними. Для большинства белорусов политолог звучит примерно так же, как и политик. Поэтому он разделяет ответственность за все, что происходит в стране.

Однако сами политологи (не только в Беларуси) жалуются на невнимание со стороны государства, на то, что политика обходится без политической науки.

Белорусские политологи живут в разных мирах и живут очень по-разному. Одни обласканы властью, другие гонимы и проклинаемы. Кто-то на скромную зарплату, кто-то вполне прилично зарабатывает на избирательных кампаниях и политическом консультировании. Как и во всем обществе, среди них есть те, кто «за» и «против». Всех их объединяет только одно – причастность к политической науке. Каковы же особенности ее становления и развития в Беларуси?

Политология как наука

В России сообщество политологов состоит из «исследователей, работающих в академических институтах, в различных независимых аналитических центрах, государственных органах власти, частных исследовательских организациях» (Е. Шестопал). Помимо ученых к нему можно причислить преподавателей, экспертов-практиков, аналитиков, политических журналистов. В отличие от стран Запада, с его устоявшимися научными традициями и критериями принадлежности к академическому сообществу, на постсоветском пространстве слово «политолог» звучит неоднозначно. Люди, «по долгу службы» призванные быть политологами, зачастую ими не являются или называются так лишь с оговорками. Преподаватели вузов в силу ряда причин оказались оторваны от современной политической науки. Сегодня их возможности заниматься научной работой (знакомиться с современными зарубежными исследованиями, публиковать научные статьи, участвовать в конференциях, стажироваться за рубежом) весьма ограничены. Сказывается сложная финансово-экономическая ситуация, отсутствие традиций связи университетов с наукой, нет заинтересованного отношения и поддержки со стороны государства.

Применение понятия «политолог» по отношению к «ученым-чиновникам» также имеет свои условности. Уровень профессионализма, качество ученых степеней и работ здесь традиционно не высок. Научное звание для них как один из параметров занимаемой должности («так принято», «красиво смотрится»). Отдельная проблема – прикладные политологи (политтехнологи). В практическую политологию сегодня вовлечены представители самых разных профессий, что неизбежно влияет на профессиональное мастерство, снижает стандарты научного труда. В России, как пишет Елена Шестопал, главной проблемой является «поиск баланса между стремлением к научной объективности и личными политическими пристрастиями». Политический рынок Беларуси, в еще большей степени, чем российский, ощущает нехватку не ангажированных специалистов, средств массовой информации, научных изданий.

Для массового белорусского зрителя политолог это, прежде всего тот, кто вещает с экрана телевизора. Открытый ноутбук, проницательный взгляд, загадочная улыбка – по всему видно, что он непосредственно связан с властью, знает ее секреты и готов ими поделиться. На самом деле эти люди являются кем угодно. Настоящие политологи среди них встречаются редко. Белорусское телевидение в последнее время поражает обилием экспертов, дающих «компетентные» оценки прямо на улице или в «коридорах власти». Вы не найдете этих имен среди участников научных конференций или в списках научных публикаций. Наличие ученых степеней и званий тоже не афишируется. Создается впечатление, что слово «политолог» используется скорее для того, чтобы скрыть, нежели обозначить свою профессиональную принадлежность. Удобная ниша для тех, кто потерял либо так и не приобрел свой предмет («научный коммунизм», «история КПСС», «начальная военная подготовка»? «труд»?).

Как академическая наука политология в Беларуси еще окончательно не институционализировалась. В отличие от других стан СНГ (Украина, Россия), в рамках Национальной академии наук Беларуси нет специального научного центра политологического профиля. В ближайшем будущем только планируется создать при НАН Беларуси самостоятельный «Институт политологии» или объединенный «Институт политологии и социологии». Он станет двигателем белорусской политической науки, центром по «подготовке кадров политологов высшей квалификации» (В.А. Бобков). Ключевую роль в обосновании текущей государственной политики играют Институт социально-политических исследований при Администрации Президента Республики Беларусь и Академия управления при Президенте Республики Беларусь. Это им предоставлена честь (почетная обязанность?) сформулировать «идеологию белорусской государственности». Негосударственная политическая экспертиза проводится в независимых научных центрах. В 1997 году 18 из них объединились в Белорусскую ассоциацию фабрик мысли и издают свой «Аналитический бюллетень». В отличие от стран с развитой демократией, в Беларуси рекомендации и прогнозы независимых исследователей до политического руководства не доходят.

Потенциал вузовской науки у нас традиционно не высок. Количество дипломированных специалистов и защищенных диссертаций по политическим наукам остается незначительным. На всю страну всего 4 доктора политических наук. Из них один пенсионного возраста, трое других на рубеже 50 лет. Кандидатами политических наук в Беларуси за 13 лет стало всего 16 человек. Стимулы к научному росту, как и научной работе в целом, отсутствуют. Причем защита диссертаций нередко превращается в задачу со многими неизвестными. Успех такого рода работы всегда был обусловлен совокупностью научных и вненаучных факторов (положение научного руководителя, отношение оппонирующей организации, симпатии и антипатии научного мира). Сегодня доля последних еще более возросла. Получение отзыва оппонирующей организации превращается в настоящий фарс по дискредитации соискателя. Непривычно звучащие темы воспринимаются как «проверка на бдительность», «идеологическая провокация». Не владея вопросом, «эксперты» пытаются засвидетельствовать свою компетентность, лихорадочно отыскивая грамматические ошибки и неточности в датах. ВАК берет на себя функции, на которые не претендовал даже в советское время. Он заворачивает утвержденные советами диссертации не только по формальным, но и по содержательным (идеологическим?) соображениям. Выражает свое согласие или несогласие с постановкой проблем. Все больше талантливых молодых ученых предпочитает защищаться за границей (Петербург, Москва). Однако и на этот счет в белорусском ВАКе предусмотрены специальные оговорки. Защита за пределами Республики Беларусь требует специального разрешения и очень веских причин. В противном случае ученая степень останется не признанной.

Положение белорусской политической науки в последние годы заметно ухудшилось. Сократилось количество печатных научных изданий. Государственные журналы осуществляют тщательную идеологическую цензуру. Меньше стало проводиться конференций и семинаров с участием независимых (своих и приглашенных из-за рубежа) исследователей. В связи с прекращением деятельности на территории Республики Беларусь целого ряда зарубежных фондов (фонд Дж. Сороса, представительства IREX и др.), сократились и без того скромные возможности по участию в международных конференциях и научных проектах, получения грантов и зарубежных стажировок. Политики по-прежнему не заинтересованы в качественном политическом анализе. Политологи востребованы либо в качестве политических технологов (помочь выиграть очередную предвыборную кампанию) либо как «идеологи» (для обоснования правильности проводимого политического курса). Критическое мышление и независимые политические исследования не в цене. Это характерно не только для власти, но и для представителей оппозиции. Политические партии не спешат воспользоваться услугами политических экспертов, считая эту работу не столь важной и сложной («сами с усами»).

Политология как учебная дисциплина

Курс политологии преподается в вузах Беларуси с 1989 года. В качестве учебной дисциплины политология пришла на смену «научному коммунизму». Ей в наследство достался преподавательский корпус и легкое чувство мести со стороны тех, кто в свое время настрадался от изучения этого легендарного предмета. Руководство вузов возвращает долг увеличением нагрузки и изменением учебных планов. Уравнивание в нагрузке с «профилирующими» кафедрами привело к фактической дискриминации политологов. У них нет такого количества лабораторных и тестов; как правило, отсутствуют курсовые и дипломные. Будучи еще недавно преподавательской элитой (льготная нагрузка, государственный экзамен, внимание со стороны партийного руководства), политологи в одночасье превратились в парий. Наряду с другими кафедрами социо-гуманитарного цикла, они вынуждены были отстаивать свое «место под солнцем», доказывать свою полезность «в деле формирования специалиста» (экономиста, юриста, инженера). Политология оказалась оттесненной в разряд второстепенных дисциплин, где сегодня находятся логика, культурология, этика, эстетика. В некоторых вузах с горячей руки количество часов на нее сократили до 30, а вместо экзамена оставили зачет.

За последние 10 лет многие из стоявших перед политологией проблем были успешно решены. Приняты единые образовательные стандарты, согласно которым базовый курс политологии в вузе должен читаться в объеме не менее 70 часов. Подготовлено около 80 учебных пособий и учебников (хотя большинству из них, по признанию экспертов, еще далеко до западных стандартов). Своевременно была организована переподготовка и повышение квалификации преподавателей. Обеспечена возможность подготовки и защиты диссертаций по трем политологическим специальностям. Однако многие из проблем еще требуют своего решения.

Важнейшая из них – кадры. Большинство сегодняшних преподавателей политологии оказались «политологами поневоле» (Е. Шестопал). После отмены «научного коммунизма» и «истории КПСС» им пришлось переквалифицироваться и осваивать совершенно новую для себя дисциплину. Преподавательский корпус стареет, приток молодых специалистов недостаточен. Статус преподавателя вуза сегодня в целом не высок, поэтому талантливая молодежь предпочитает искать и реализовывать себя в других сферах. Ученое звание доцента за последние 12-13 лет получили 20 человек. Профессора – девять, причем четверо из них являются кандидатами наук. Средний возраст преподавателя политологии приближается к шестидесяти. В некоторых вузах в штате только пенсионеры. Где-то политологию уже читают по совместительству представители других дисциплин.

Другая проблема – уровень профессионализма. «Политолог по базовому образованию и защищенной диссертации остается редкой фигурой на вузовских кафедрах» (В. Божанов). Политологию читают бывшие философы, историки, социологи. После долгих лет преподавания марксизма переход на «теорию демократии» дается нелегко. Зачастую курс политологии превращается в систематизированное изложение взглядов и предпочтений лектора (порой весьма спорных и противоречивых). Типичной характеристикой преподавателя политологии остается незнание современной политической науки, отсутствие интереса к научной работе, провинциализм, мировоззренческий эклектизм, предвзятое толкование текущих политических событий.

Положение усугубляется тем, что возможности для повышения квалификации в последние годы резко сократились. Вузы, как и государство в целом, экономят деньги. Еще несколько лет назад РИВШ БГУ предлагал 3-4 курсы, сегодня это только 1-2 недели без отрыва от основной работы. Стимулы к творческому труду и научному росту в целом отсутствуют. Положение профессора (зарплата, нагрузка, статус) мало чем отличается от рядового преподавателя. В стране по-прежнему господствует уравниловка. Энтузиазм и инициатива скованы многочисленными инструкциями и предписаниями, постоянно поступающими «сверху». Власть настороженно относится ко всякой, в том числе и академической, свободе.

Сложилась парадоксальная ситуация. Государственный чиновник, озабоченный стандартизацией и регламентацией учебного процесса, усиливает контроль над деятельностью преподавателей и учебных заведений. Вводятся новые формы отчетности, растет документация, проводятся многочисленные проверки, аттестации, аккредитации. В то же время государство фактически устранилось от решения задач, требующих его участия. В современном мире именно государство выступает главным «лоббистом» распространения политических знаний. Система гражданского (политического) образования отработана на всех уровнях обучения – от школы до университета. На эти цели из государственного бюджета выделяются значительные средства. Демократия не может существовать без политически образованных граждан. Политическое участие, способность к просвещенному выбору, контроль над деятельностью представителей власти требуют специальных знаний. Граждане должны понимать, как функционируют демократические институты, в чем ценность демократических прав и свобод, какими возможностями они обладают по их защите и реализации.

В Беларуси политическое образование тех, кому за 40, страдает поверхностностью и эклектизмом. Представления об обществе и государстве, почерпнутые во времена изучения марксизма-ленинизма, причудливо сочетаются с политической информацией, получаемой из газет. Граждане не понимают, насколько важную роль играет в современном обществе политическая наука. Для большинства из них курс политологии в вузе остается чем-то вроде модифицированного научного коммунизма. Творческая интеллигенция считает политологию ответственной за проводимую в стране политику и предпочитает держаться от нее подальше. Политика, по старой советской традиции, понимается как дело «грязное» и не достойное.
Такое положение выгодно нынешнему политическому руководству. Популистская политика основана на манипулировании политическим сознанием. Политическому лидеру легко раздавать заведомо невыполнимые обещания, если народ не способен отличать утопию от реальности. Отсутствие политических знаний не позволяет ему осознать и выразить свои политические и экономические интересы.

Состояние белорусской политологии отражает общественно-политическую ситуацию в стране и является своеобразным зеркалом белорусской «эволюции». Белорусы должны «реабилитировать» политику как деятельность и как науку, осознать значимость политического участия и политического образования для сохранения и развития демократии. Если этого не произойдет, власть останется в руках тех, кто в совершенстве владеет политической демагогией, кто «знает» и «делает» политику за всех.

Вячеслав Бобрович, политолог, кандидат философских наук

Другие публикации автора:

Парадоксы «идеологической работы»

Государственная идеология: pro et contra

Мониторинг публикаций

Cсылки недели : «Аналитика, комментарии, мнения»

	наше мнение \ общество \ публикации