«Ну, такой Лукашенко, ну чего тут особо переживать?!»

...главным адресатом интервью А. Лукашенко являлся российский президент, который, по словам А. Лукашенко при соответствующей мимике, – «умный человек». Но это не был монолог белорусского президента. Вопросы, на которые пришлось отвечать главе белорусского государства, практически копировали традиционный диалог между главами двух государств. Уже первый вопрос господина Герасимова: «Скажите, пожалуйста, вы считаете правильным втягивание своей страны в наши политические дрязги?», являлся, без всяких сомнений, слегка завуалированным жестким предостережением Кремля...

А. Лукашенко не был готов к такому лобовому вопросу. Он сходу попытался выкрутиться за счет совместных «экономических проектов», но затем «рубанул»: «волков бояться –- в лес не ходить, – так у нас, по-моему, говорят – у белорусов и россиян. Поэтому я ничего не боюсь. Тем более что это наша Россия, это наши люди, которые там живут, и мне бояться нечего». Вот так и допускаются фундаментальные политические ошибки.

...вместо того, чтобы вообще уйти от ответа, А. Лукашенко неожиданно принялся доказывать свои права на вмешательство во внутренние дела соседнего государства...

  Андрей Суздальцев: Беларусь-Россия : 23.07.03

Список благодеяний

Думалось: тема взаимоотношения гения и правителя исчерпана со смертью гения. Не получилось. Правитель вновь взял слово, нагло пользуясь неравенством положения (он-то как раз и остался жив), чтобы оболгать гения.

Разумеется, это я опять о нем – о Пушкине. Когда умирал Александр Сергеевич, действительный статский советник Василий Андреевич Жуковский обратился к государю-императору Николаю Павловичу с просьбой оплатить долги гениального русского поэта. Были долги, были, нужно признать. Государь буркнул сурово: «Долги камер-юнкера Пушкина – долги частного лица». Но Жуковский, воспитатель наследника-цесаревича, упорствовал... И привел в параллель смерть другого придворного историографа – Николая Михайловича Карамзина, за которого частные долги оплатило-таки государство. Николай Павлович серьезно разгневался: «Карамзин умер, как святой!» То бишь, лояльным к государству и к государю человеком. Но...

Но долги за Пушкина оплатил. И замолчал. Вовсе не потому, что был столь скромен. Просто Пушкина он, начиная года эдак с 1834, откровенно недолюбливал. А кроме того, он был воспитан в надлежащем тоне и понимал, что хвастать услугами, оказанными усопшему литератору, глава государства просто не имеет права...

  Александр Федута : Власть : 21.07.03

Европа и американская гипердержава

О книге Роберта Кагана «Of Paradise and Power. America and Europe in a new world order». New York, Alfred A.Knopf. 2003.

Мир европейцев – это королевство Кантовского вечного умиротворения, в котором царят обязательные для всех правила переговоров, сотрудничества и международного права. Мир американцев – это страна Гоббса, в которой правит закон джунглей, а безопасность либерального порядка зависит от военной силы. Поэтому американцы – это пришельцы с Марса, а европейцы – соответственно с Венеры. Уже эти первые акценты новой книги Роберта Кагана «Рай и власть» дают предварительный ответ на вопрос об источниках трансатлантических разделов, которые с такой очевидностью проявили себя в последние месяцы...

Р. Каган во времена президентства Рональда Рейгана был ведущим советником и автором речей госсекретаря Джорджа Шульца... Еще в прошлом году он выступил с серией статей, предсказывая в определенном смысле события, наступившие позже. Споры по поводу интервенции США в Ираке и конфликт между Германией и Францией с одной стороны и Америкой с другой вполне подтвердили серьезность выдвинутой им проблемы, в связи с чем книга Кагана определила направление очередной – после дебатов вокруг известных тезисов Фукуямы и Хантингтона – большой дискуссии о международной политике в ХХI веке...

  Семен Букчин : Площадь Свободы : 21.07.03