/Стратегические игры/

Хождение за два моря

Летающая вокруг фонаря бабочка считала,
что она совершает кругосветное путешествие…
(В. Семенов)

Нельзя согласиться с промелькнувшим в белорусских независимых СМИ утверждением, что «летает белорусский президент туда, где принимают». Дипломатия А. Лукашенко не является столь прямолинейной, как она кажется на первый взгляд. Берем на себя смелость утверждать, что на планете осталось немало стран, где с удовольствием бы приняли главу белорусского государства.

Александр Лукашенко имеет давно устоявшийся скандальный имидж. Он олицетворяет жесткие и бескомпромиссные варианты антиамериканизма и антиглобализма, является неутомимым строителем своеобразного белорусского тоталитаризма, или, если обратиться к современной американской внешнеполитической трактовке, тирании в формате ХХI века, где этот античный термин вполне прижился (обращаем внимание читателей на небольшую, но весьма своевременную статью по данной теме – М.Садовская. Знаки отличия. Белорусский рынок, №3).

Далеко не у всех стран в этом противоречивом мире сложились благожелательные отношения с Вашингтоном. Новый госсекретарь США госпожа Райс унаследовала огромный клубок интриг и противоречий с десятками стран. У немалой части руководителей этих государств могут возникнуть желания «подразнить» единственную супердержаву, встречая орудийным салютом президента, который по степени одиозности своей репутации стремительно скатывается к уровню Ким Чен Ира, Фиделя Кастро и идеолога «черного раскулачивания» Роберта Мугабе. Ливан и Сирия как раз относятся к их числу.

Кроме того, благодаря многолетним усилиям белорусской пропагандистской машины и лично А. Лукашенко, на международной арене усиленно поддерживается мнение, что Минск не только обладает особо доверительным коммуникационным каналом с Москвой, но и то, что белорусского и российского президентов объединяет почти идиллическая дружба и даже разделение труда. Обратите внимание на слова белорусского президента, сказанные им в ливанской столице 3 февраля: «Мы, встречаясь с президентом России, всегда информируем друг друга о наших поездках… которые не пересекаются» (БТ). Такого рода намеками у принимающей стороны создается ощущение соучастия в некой геополитической стратегии высшего порядка.

В прошлом году, к примеру, белорусский президент посетил Дамаск – столицу государства, влияние которого в Ливане является монопольным. Буквально через несколько дней после возвращения А. Лукашенко из Сирии над этой страной, традиционно обвиняемой в поддержке международного терроризма, нависли международные санкции. За пару недель до появления А. Лукашенко в Бейруте Российская Федерация списала 90% сирийского долга в обмен на сохранение своего политического и военного присутствие на Ближнем Востоке. В частности, сохранен объект ВМФ РФ на сирийском побережье Средиземного моря. Москва пытается вернуться в те регионы мира, где ее дипломатическое и военное присутствие ощущалось десятилетиями, если не столетиями (во всяком случае, Россия присутствует в Средиземном море с некоторыми перерывами почти двести пятьдесят лет). Минск обязательно кружит рядом, как рыба-прилипала около акулы (не путать с рыбой-лоцманом). Нечто подобное мы уже видели в Иране, где появление эмиссаров Минска воспринималось как естественный процесс развития связей этой страны с Москвой.

А. Лукашенко постоянно маячит на периферии сложных и противоречивых внешнеполитических комбинаций, разворачиваемых Россией по всему миру в целях сохранения своего своеобразного, внеблокового внешнеполитического курса. Он, как говорится, упорно «крутится под ногами», и там, где Москва говорит, что «в современном однополюсном мире глобальных проблем не стало меньше, важность координации усилий всех стран только возрастает» (С. Лавров), Минск не откажет себе в удовольствии прокричать в «щель двери» что-то об «американском гегемонизме», который успел в Ираке «хлебнуть крови». Вряд ли российский МИД в восторге от такого провокационного поддакивания, но отдергивать зарвавшегося псевдосоюзника практически невозможно. Проще не замечать, что, однако, позволяет Минску создавать определенный многозначительный фон, играющий на руку белорусскому политическому режиму на международной арене…

В момент, когда «уважаемый гость» сходит с трапа самолета, у хозяев может возникать ощущение, что за спиной белорусского президента не только «лучший горнолыжный курорт Европы» в Силичах (Альпы и Андорра буквально стонут от зависти) вместе со страшным оружием мировой геополитики – трактором «Беларусь», но и Москва со своим вторым в мире ядерным потенциалом и лидерством в мировой энергетике.

Причем, А. Лукашенко все-таки не В. Путин, он в большой «восьмерке» не заседает (пока!), и поэтому то, что Путину можно только нашептать, белорусскому президенту можно сказать во весь голос. Очевидцы «доверительных» моментов в переговорах не раз рассказывали, что Александр Григорьевич в такие моменты просто расцветает, выслушивает просьбы с подчеркнутым вниманием и обязательно делает многозначительные замечания («да-да, мы вот только с Владимиром Владимировичем об этом тоже так приватно, ну, за рюмкой чая шептались, но ему же не до этого…Сами понимаете, американцы наседают, да и вообще… Я, конечно, приложу усилия…»). Вот так интриги в духе минских гостиных подменяют реальную международную политику.

Самый страшный враг белорусского президента – естественно, не «кровавый» Вашингтон или коварная Москва, а собственные государственные СМИ. Там, где можно было подать информацию о зарубежном визите в деловом и почти безразличном тоне, что, между прочим, гораздо эффективнее действует на сельского телезрителя – «само собой, летает, договаривается, а как же, на то он и президент», белорусское телевидение устраивает какой-то сеанс сексуальной телетерапии – ведущая чуть не кричит в экстазе с экрана что-то вроде: «Он полетел, он полетел!..». Корреспондентка с места встречи ведет репортаж с такими придыханиями и томными завываниями, что прямо теряешься…

За этим телестриптизом исчезает главное – уверенность в том, что Александра Григорьевича действительно встречали с уважением и «почтением». Но ведь так и было на самом деле. Он был желанным гостем в Бейруте . И дело вовсе не в продаже в этот регион белорусского оружия, пусть даже двойного назначения. Чтобы белорусский прицел купить, надо иметь то, на что его устанавливать. После операции «Шок и трепет» оружие 80-х годов прошлого века продавать все сложнее, если не считать террористов, которых традиционно в Ливане столько, что впору их регистрировать на бирже труда. Кроме того, в том самом бейрутском аэропорту, где президентский «Боинг» и совершил посадку, не далее как два года назад уже ловили партию белорусской военной оптики. Что изменилось, почему на Ближнем Востоке стали столь внимательны к Минску?

В начале апреля 2003 года пал Багдад. Перед этим, в марте в Минске оказался мэр Багдада. Это был официальный последний визит  – буквально за несколько часов перед началом англо-американского вторжения – столь высокопоставленного чиновника иракского режима. И этот визит оказался именно в столицу Беларуси. Из программы встреч и переговоров особенно запомнилось открытие в одной из минских детских больниц комнаты белорусско-иракской дружбы… На стене два портрета двух президентов. В галстуках…

С момента появления армии коалиции на берегах Тигра и Евфрата нет ни одной страны в арабском мире, которая могла бы себе публично позволить жесткую просаддамовскую и антиамериканскую риторику. Но на европейском континенте такая страна есть. Один Минск до сих пор жестко и безапелляционно отстаивает свергнутый кровавый режим. Поразительно, но небольшая славянская страна за три тысячи километров от Месопотамии оказалась фактически единственным наследником регионального гиганта – саддамовского Ирака…

И потянулись с лета 2003 года в Минск лидеры и делегации из арабского мира – ливийцы, сирийцы, ливанцы, оманцы. Самым скандальным по внешнеполитическому эффекту оказался визит в 2004 году президента Судана – страны, только частично арабской, где десятилетиями не затухает гражданская война и которой тоже, как и Сирии, угрожают международные санкции. Что искали арабы в Беларуси? Мы можем только догадываться… Одно можно утверждать практически точно: А. Лукашенко не чужой на Ближнем Востоке. Встречали его там, как своего.

Но ведь и Минск что-то ищет для себя в пустынях и оазисах Арабии. Если бы мы сказали, что белорусский президент ищет там денег, инвестиций, вроде тех, что мы так и не получили для реконструкции белорусской энергетики из Кувейта, то это была бы только часть правды. Если бы государственную власть можно было измерить только N -ой суммой денежных знаков, то некоторые властолюбивые толстосумы давно бы покупали небольшие страны для собственных диктаторских утех, но пока им приходится довольствоваться необитаемыми островами.

Белорусские власти тяготятся изоляцией. Она их пугает своей бесперспективностью. Беларусь не «остров Свободы», и десятилетия отсиживаться в блокаде на задворках мира она не сможет. «Хлопцы разбегутся», благо через пролив во Флориду плыть нет необходимости. Поэтому А. Лукашенко мучительно ищет возможность прицепиться к любому мировому вектору, который позволит выгадать еще год, еще месяц, еще день.

Россия Минск не устраивает. Москва не позволит втянуть себя в противостояние с Вашингтоном. До поры до времени Минск не откажет себе в удовольствии пользоваться российским военным и политическим «зонтиком», но в плане инвестиций Беларусь для россиян практически потеряна. А. Лукашенко никогда не пустит в Беларусь как сам российский капитал, так и его финансового «лоцмана» – российский рубль, вхождение которого в белорусское денежное обращение Минск пытается отбросить уже на первое января 2008 года. А. Лукашенко боится инвестиций из РФ, так как считает, что следом за «купцом» с деньгами обязательно придет политик с интеграцией, унификацией законодательства, ликвидацией закрытых фондов, «накруток» на газе и нефти и т.д. и т.п. Капитал любит большие рынки, и ему местечковые «торговые преференции» ни к чему.

Следовательно, инвестиции для Беларуси требуются желательно поспекулятивнее, все больше связанные различными «откатами» и личными «благодарностями», замкнутые на персоне первого лица. Вспомним, все встречи с финансовыми олигархами А. Лукашенко начинал и заканчивал одной и той же фразой: «лучшая гарантия вашим инвестициям – мое честное президентское слово». И это правильно, так как если вложить инвестиции под такие «гарантии», то потом инвестор будет готов на любые жертвы для того, чтобы не допустить падения политического режима, под «честное слово» которого брошены десятки и сотни миллионов.

Минск желает «брать» в «две руки»: политическое, военное, дипломатическое прикрытие от Москвы, инвестиции от арабов. Последние ни слова не скажут о необходимости демократизировать белорусскую политическую систему, соблюдать права человека, изменить избирательное законодательство. Их вполне устроит «честное президентское слово». Так белорусские власти попытаются устоять против давления Запада: одной, военно-политической, «ногой» в России, а второй, инвестиционной, на арабском Востоке.

Но было бы упрощением считать, что только инвестиционный вектор тянет А. Лукашенко на Восток, хотя, судя по его выражению лица, продемонстрированному на телеэкране, в Ливане он себя ощущал лучше, чем на Родине. Дело в том, что только в арабском мире у него появляется возможность общаться на равных. Формально, за ним Европа, Россия, отблеск славы и могущества Советского Союза, традиции технологий и высшего образования, вполне приемлемые для местного рынка по цене и качеству товары… Это вызывает почтение. Отсюда и разговоры о взаимовыгодном «бартере» в варианте министра иностранных дел Беларуси Сергея Мартынова: «Беларусь готова со своей стороны содействовать Ливану в работе на европейском пространстве и пространстве СНГ». Ливан обещает продвигать белорусские товары по всему Ближнему Востоку. Берется разливать белорусскую водку – крайне необходимый для мусульманского Востока товар. Но это все информационные декорации для наивных людей.

Оппозиционный Минск уже оценил шутку господина Мартынова насчет «европейского пространства». Со своей стороны, припомнив, с какого негатива начался внешнеэкономический 2005 год на российском направлении, мы выразим сомнение в возможностях Минска оказать «содействие» Ливану на просторах СНГ.

С момента ликвидации таможенной границы между Россией и Беларусью буквально на всех международных встречах А. Лукашенко приглашает инвесторов в Беларусь, которая является «воротами на безбрежный российский рынок». Любопытно, что, устроив в собственной стране настоящую охоту за посредническим бизнесом, белорусский президент десятилетиями пытается встроиться в международные экономические связи именно в роли посредника.

Арабскому миру Беларусь как посредник не нужна. Ему нужна стратегическая база в центре Европы. А. Лукашенко реально может оказать содействие только расширению зоны влияния ислама в Восточной Европе – своеобразный «Второй фронт» в помощь исламскому десанту в Крыму.

18% населения планеты составляют мусульмане. Несмотря на наличие ряда толков, у этих людей практически единая вера, общий язык для общения с Богом – арабский. На арабском написано священное писание мусульман – Коран. Мусульманский мир живет по законам шариата – универсального, исключительно развитого права. В орбиту ислама вернулись восточные и южные республики бывшего Советского Союза, ислам у власти на Балканах, расширяется влияние ислама в Западной Европе. Исламский прозелитизм захватил Северную Америку и Африку. С конца 90-х годов мир не выходит из серии «войн за веру»: талибы в Афганистане, Босния и Герцеговина, Великая Албания и Косово, Синьцзян-Уйгурский автономный район Китая, Филиппины, Бирма, Таиланд, многолетние гражданские войны в Таджикистане и Алжире, палестинская интифада – список бесконечен. Где-то в этом перечне найдется место и Чечне, где арабские инструкторы несут в ряды боевиков идеи джихада. Сейчас на передовой – террористическая война в Ираке, которая не имеет аналогов по ожесточенности.

Исламское возрождение столкнулось в лоб с западным глобализмом. Война «цивилизаций» упорно сползает в войну религий. Лидеры исламского возрождения – это охваченная мессианством часть арабской нации, которая объединена жаждой исторического реванша и преисполнена религиозным фанатизмом. Арабский мир меняется на глазах. Десятилетия пассивности сменились ускоренным движением. Одна из форм этого движения – полномасштабная, чаще всего террористическая, война с Западным миром. Конца этой войне не видно уже второе десятилетие.

Лукашенковская Беларусь пытается стать периферией этой войны. Белорусский правящий режим буквально тянется к кипящему котлу глобального противостояния, надеясь, что хотя бы косвенное участие в конфликте между Западом и арабо-мусульманским миром поможет сохранить власть в Беларуси в руках действующего президента. А. Лукашенко думает, что сможет перехитрить всех – Вашингтон, Москву, «Аль-Кайду» и даже Аллаха, но ему нечего предложить этому вселенскому пожару, кроме собственной страны и собственного народа…

Не ставь мышеловку, если сам годишься на роль приманки.
(Веслав Брудзиньский).

Андрей Суздальцев

Другие публикации автора

Перейти к списку статей

Открыть лист «Авторы : публикации»

	Статистика